44-дневная война: можно ли было избежать поражения? — Сейран Оганян

Сейран Оганян считает, что поражение армянской стороны в ходе 44-дневной войны 2020 года не было неизбежным. По его мнению, Армения располагала необходимыми военными, дипломатическими и человеческими ресурсами, чтобы избежать войны или, по крайней мере, предотвратить столь масштабное поражение. Он считает, что армянские власти не сумели воспользоваться потенциалом, унаследованным от предыдущих десятилетий.

Накануне 44-й годовщины войны в Армении мы встретились с видными представителями армянской интеллектуальной элиты, чтобы с их помощью понять и проанализировать то, что произошло, и то, что ожидает нас в будущем. Возможно, исходя из их ответов, нам станет яснее, что наше поражение не заканчивается подписанием заявления от 9 ноября 2020 года, а, напротив, это только начало; впереди нас ждут серьёзные потрясения, если только мы осознаем, что власти Республики Армения и Арцаха не имеют ни политической воли, ни возможностей исправить ситуацию!

Этот упадок будет продолжаться, поскольку правительство лишь пытается объяснить, почему оно не смогло сделать то или иное. Если бы они прилагали больше усилий для действий, а не для объяснений, наши дела, возможно, обстояли бы не так плохо. И это без учёта вопросов предательства или преднамеренности, хотя, как утверждают различные специалисты, налицо несколько признаков предательства.

В 2016 году удалось нанести мощный контрудар. Неужели в 2020 году мы утратили способность отвечать на удары или же силы противника возросли, изменились и стали более мощными?

Эти две ситуации несопоставимы по своему масштабу.

Во время Апрельской войны 2016 года Азербайджан имел конкретные наступательные цели против Арцаха: достичь ряда заранее поставленных задач, получить существенное тактическое преимущество, а затем изменить статус-кво и добиться превосходства в переговорном процессе, вынудив Армению и Арцах пойти на дальнейшие уступки.

Уровень нашей подготовки в 2016 году был таков, что мы могли определить направления главного удара противника и направления вспомогательного удара, чтобы остановить их, используя подготовку наших подразделений, инженерные сооружения и вооружение.

В то же время после 2016 года мы оперативно создали комиссию, чтобы определить, в чём заключались наши преимущества, и провести соответствующую оценку. Я имею в виду изучение состояния боевой готовности наших войск, их морально-психологического состояния, действий подразделений в ходе боевых операций, а также качества инженерного оборудования, вооружения и военной техники.

Но самое главное — в 2016 году нам удалось быстро и добровольно объединить нацию для поддержки Арцаха.

В 2020 году ситуация была иной. Противник начал наступление против Армении, учитывая общую военно-политическую ситуацию в стране. Масштаб был совершенно другим. Боевые действия велись по всей линии фронта.

На участках, где противнику удалось прорваться, мы заблокировали его практически на всех направлениях, за исключением южной части Гадрута и Джракана (Мехакаван), где ему удалось воспользоваться прорывом.

Однако, подводя объективные итоги, необходимо отметить, что после смены власти в 2018 году, вопреки нашим ожиданиям, что новое правительство будет развивать военную подготовку на основе ценностей и опыта, накопленных нами за предыдущие 27 лет, оно начало всё с нуля.

Напомним, что наша страна строилась на советских ценностях и международном опыте. Однако эти власти отвергли всё.

Одним из таких начинаний с нуля стала внешняя политика — как двусторонние, так и многосторонние отношения на международной арене. Весь переговорный потенциал сопредседателей Минской группы ОБСЕ по вопросу Арцаха оказался подорван. А когда переговоры прекращаются, естественно, начинается другой способ действий — применение силы.

Другой фактор заключается в том, что после смены власти в 2018 году нынешние власти, как и власти того периода, предприняли шаги, направленные на раскол общества. Они работали над снижением эффективности таких бесценных факторов, как национальное единство, армия, вся система безопасности и система государственного управления. Всё это привело к военным операциям столь масштабного характера, и мы потерпели поражение.

Было бы совершенно неправильно утверждать, что у армянского народа не было возможности объединиться, добиться успеха и победить благодаря единству. Однако если государственная система управления и система военного командования не координируют этот процесс, народ самостоятельно не способен организоваться.

Иными словами, эта роль ложится на людей, занимающих должности в системе государственного управления и располагающих необходимыми рычагами влияния.

Выяснилось, что власти Республики Армения оказались неспособны мобилизовать нацию и перевести государство на военные рельсы, чтобы всё функционировало должным образом.

В-третьих, они не оказали армии конкретной поддержки. Иными словами, они не обеспечили создание тыловой системы армии, причём сразу по нескольким направлениям: не было организовано необходимой военной мобилизации, не была проведена всеобщая мобилизация резервистов, не было обеспечено непрерывное пополнение вооружения и личного состава.

Кроме того, когда противник начал вторжение и наступление, не велось строительство военно-инженерных сооружений для укрепления оборонительных позиций.

В-четвёртых, они не предприняли необходимых мер для наведения общего порядка, поскольку царила большая неразбериха и суматоха.

Более того, видя всю эту дисфункцию, они поощряли всех подряд. Иными словами, вручали различные медали, повышали воинские звания и раздавали звания героев.

Можно сказать, что власти Республики Армения сделали всё для развязывания войны, ничего не сделали для того, чтобы новая война велась должным образом, ничего не сделали для того, чтобы после окончания войны наши границы стали неприступными, и, что самое важное, поощряли всё это.

Иными словами, причина заключается не только в некомпетентности, но и в преднамеренности, которую я усматриваю в действиях этих структур. Образованный человек учится на собственных ошибках или, по крайней мере, на ошибках других, тогда как ошибки этих структур носят постоянный характер. Они до сих пор не перестают ошибаться во всех направлениях.

Под армянским контролем осталось лишь 25% Арцаха, он не находится под властью противника, однако при этом у нас нет стратегически сильных позиций. Возможно ли его защитить? Может ли Азербайджан в любой момент использовать это как козырь для получения новых уступок? В каком положении мы находимся? Сможем ли мы защитить Арцах военным путём в случае нападения?

В подобных ситуациях обычно проводится всесторонняя оценка. Я хотел бы дать региональную военно-политическую оценку.

Во-первых, воспользовавшись сложившейся ситуацией, противник сформировал расширяющийся турецко-азербайджанский тандем, который получил дополнительную поддержку со стороны некоторых мусульманских государств, а также террористических группировок и наёмников из Сирии. В этом общем контексте они пришли к выводу, что Армения слаба и что появилась возможность начать военные действия.

В ходе военных действий им удалось добиться успеха и получить определённые преимущества благодаря своему единству, а также за счёт использования некоторых новых видов вооружения. Я имею в виду новые вооружения, беспилотники и средства дальнего поражения.

Однако всего этого было бы недостаточно, если бы они не увидели слабость нашего единства. Ведь со всем этим можно бороться и добиваться успеха. В противном случае ни одна страна в мире не смогла бы противостоять крупным державам.

Во-вторых, в результате этой войны сама Турция вошла в Южный Кавказ и продолжает оказывать на Армению турецко-азербайджанское давление.

В определённой степени, скажем так, они проводят психологические операции. Например, направляют определённые послания психологического давления региональным игрокам: России, Ирану и Грузии.

Но самое худшее заключается в том, что Турция оказалась в Южном Кавказе. И давление на Армению продолжается.

Они уже оказывают давление на армянскую границу. Под предлогом разблокирования транспортных коммуникаций их долгосрочные цели вполне очевидны.

Ясно, что они хотят открыть путь из Турции в Центральную Азию, а также на Дальний Восток и к уйгурам Западного Китая, создать единство Великого Турана, а также утвердить своё влияние в регионе, открыто противостоя всем этим странам, включая Россию, Европу, Китай и Иран на Ближнем Востоке.

Необходимо чётко понимать, что Турция — это прежде всего двуглавый дракон с определёнными метастазами.

Во-первых, это огромная опухоль под животом Российской Федерации.

Во-вторых, это очаг, способный вызвать инсульт в голове Ирана и на Дальнем Востоке. С другой стороны, это двуглавый дракон, одна голова которого направлена на запад, в сторону Европы, а другая — в сторону Центральной Азии и Дальнего Востока. Его цель — восстановить положение Османской Турции и её прежнюю роль султаната.

Такова, скажем, общая оценка наших противников.

Теперь перейдём к оценке ситуации, когда вы задаёте вопросы об Арцахе.

Благодаря правильной внутренней политике и существовавшей в регионе системе безопасности мы смогли действительно освободить Арцах и создать условия, при которых население Арцаха получило возможность самоопределяться на своей исторической родине, жить и развиваться там.

Фактически мы воссоединили Армению и Арцах, и, опираясь на идею триединства Арцаха, Армении и Диаспоры, осуществляли общее развитие и формирование единой системы в регионе для обеспечения его безопасности и развития во всех аспектах: экономическом, историческом и культурном.

Армения вместе с Арцахом представляла собой более сильный и мощный фактор, по крайней мере в сферах экономики, безопасности и национального единства.

Теперь ситуация совершенно иная: Арцах ослаблен и окружён, а Армения также ослаблена и полностью потрясена кризисом, возникшим после этой войны.

И необходимо сказать, что Диаспора тоже ослабла.

До первой освободительной войны 1988–1994 годов Диаспора была не такой, какой она стала впоследствии. После победы в освободительной войне Диаспора окрепла.

Теперь, после последней войны, Диаспора вновь начинает слабеть, поскольку в конечном счёте объединяющим фактором для армянской Диаспоры являются Армения и Арцах.

Основой и осью Диаспоры являются Армения и Арцах. Если Армения и Арцах сильны, сильна и Диаспора.

Посмотрите: после этого поражения мы потеряли территории. И Шуши, и Гадрут, и семь промежуточных районов, которые для нас являлись территориями Республики Арцах и обеспечивали определённую безопасность. Причём эта система безопасности находилась на значительном удалении от Армении.

В то время у нас существовала другая, более мощная система передовых инженерных укреплений. Это была система инженерных укреплений на передовой, связанная с Республикой Армения. Именно поэтому, например, противник смог продвинуться лишь на 20 километров на участке протяжённостью 283 километра.

Благодаря героизму наших солдат и командиров нам удалось удержать линию фронта, однако государство не смогло восполнить этот разрыв.

Теперь мы находимся в совершенно иной ситуации. Граница и линия соприкосновения изменились. Всё необходимо строить заново, а географическая конфигурация такова, что Арцах оказался в положении анклава.

Сегодня гарантом безопасности в Арцахе выступает прежде всего не армия, а миротворческие силы Российской Федерации.

И дело не в том, что армия Арцаха слаба, а в том, что значительные подразделения Армии обороны Арцаха и часть оборонительных позиций были переданы Азербайджану вот так, без единого выстрела.

Сегодня Армия обороны Арцаха уже выполняет определённые задачи по обеспечению безопасности на конкретном, локальном тактическом участке линии соприкосновения, взаимодействуя с миротворческими силами Российской Федерации.

С точки зрения стратегии, если система безопасности Армении не будет укреплена и Азербайджан попытается начать военные действия, сопротивление со стороны Армии обороны Арцаха будет чрезвычайно затруднительным.

Потому что в 1992 году мы находились в несколько более сильном положении, однако благодаря контрнаступлению смогли расширить свои позиции и создать более надёжную систему безопасности для Армении и Арцаха.

Таков общий ответ.

Разумеется, войну можно было предотвратить?

Разумеется, войну можно было предотвратить, поскольку предотвращение будущей войны требует заблаговременной подготовки системы безопасности и обороны. Причём речь идёт не только об обороне, но и обо всей стране.

Иными словами, к направлениям предотвращения войны относятся территория страны, население, экономика, армия и её мобилизационные возможности, патриотическое воспитание и коллективная воля, выраженная через соответствующее государство.

В рамках всей этой системы работа ведётся по двум направлениям — созданию гарантий безопасности.

Первое — международные гарантии. Это внешние отношения и, прежде всего, использование всего переговорного потенциала.

Второе — внутренние, национальные гарантии, то есть внутреннее единство, система безопасности и правильное использование армии.

Действительно, если бы международные гарантии были использованы в полной мере, войны можно было бы избежать.

И если бы национальные гарантии были задействованы должным образом, также можно было бы предотвратить войну.

Безусловно, в этой войне можно было бы добиться, если не победы, то хотя бы успеха, остановить противника на определённых направлениях, чтобы не оказаться в столь слабом положении, в частности, не сдавать Гадрут и Шуши, районы Кашатага, Карвачара и Акны.

И до сих пор внутри границ Республики Армения сохраняются капитулянтские настроения, которые уже проявляются на практике.

Какие конкретные возможности есть у правительства сегодня?

Слабость нынешних властей заключается в том, что они ни перед чем не останавливаются.

Примечание переводчика: перевод выполнен по предоставленному французскому тексту. Последний ответ обрывается в том же месте, где заканчивается предоставленный оригинал. Некоторые формулировки, особенно геополитические метафоры и отдельные военно-географические утверждения, сохранены максимально близко к исходному тексту, без самостоятельного исправления или переосмысления.